Эмери не держит зла на Дзюбу за фразу про «тренеришку» и вспоминает его с теплотой: «Он был фантастическим игроком и очень хорошим человеком» — так нынешний наставник «Астон Виллы» высказался о российском нападающем, с которым пересёкся во время работы в московском «Спартаке».
Испанский специалист подчеркнул, что не испытывает никакой обиды из‑за давнего конфликта. По его словам, эпизод, который тогда разошёлся на цитаты, для него сегодня не имеет негативного оттенка, а сам он предпочитает оценивать людей по тому, как они работают и ведут себя в команде. Именно поэтому Дзюба, несмотря на острую реплику десятилетней давности, остался у Эмери в памяти как качественный нападающий и приятный в общении человек.
Напомним, напряжённая история между тренером и форвардом развернулась в 2012 году, когда Эмери возглавлял «Спартак». Его работа в московском клубе оказалась очень короткой — всего около пяти с половиной месяцев. Кульминацией стала разгромная неудача в дерби с «Динамо» — 1:5. Это поражение стало последней каплей для руководства клуба, после чего испанца отправили в отставку.
Сразу после того матча Артём Дзюба, на тот момент выступавший за «красно‑белых», в беседе с журналистами позволил себе жёсткое высказывание в адрес Эмери, назвав его «тренеришкой». Фраза мгновенно стала крылатой, а вокруг форварда и наставника разгорелась бурная дискуссия. Для российского футбола это высказывание превратилось почти в символ разрыва между тренером и игроком, который не принимает его методы и решения.
Прошли годы, Эмери успел выстроить одну из самых впечатляющих тренерских карьеров в европейском футболе. После увольнения из «Спартака» он не просто восстановил свою репутацию — он сделал шаг в клуб элитных тренеров. С «Севильей» Эмери трижды подряд выиграл Лигу Европы, позже добавил к этому ещё один трофей с «Вильярреалом». В «Пари Сен‑Жермен» он взял чемпионат Франции и другие внутрироссийские трофеи, закрепив за собой статус специалиста, который умеет строить победные команды.
На этом фоне его отношение к давнему конфликту с Дзюбой выглядит особенно показательно. Вместо того чтобы вспоминать оскорбление и разжигать старые обиды, Эмери подчёркивает человеческие и профессиональные качества российского нападающего. Такое поведение демонстрирует не только выдержку, но и определённый уровень зрелости, без которого длительная карьера на высшем уровне в футболе просто невозможна.
История с «тренеришкой» во многом стала отражением эмоций того времени. Молодой, амбициозный нападающий, недовольный своим положением и результатами команды, тяжёлое поражение в дерби, нервная атмосфера вокруг клуба — всё это вылилось в громкий заголовок. С точки зрения спортивной психологии подобные вспышки не редкость: футболисты нередко реагируют на стресс чрезмерно остро, особенно когда ощущают, что могли бы играть больше или ярче.
Интересно и то, как подобные конфликты со временем переосмысливаются. Для болельщиков и журналистов фраза Дзюбы осталась частью фольклора, примером резкости и самоиронии российского футбола. А для участников событий она постепенно превратилась в один из эпизодов большой карьеры, уже не определяющий их отношение друг к другу. Когда спустя годы тренер, добившийся громких успехов в Европе, называет автора этого высказывания «фантастическим игроком», он как бы ставит точку в старой истории.
Для самого Дзюбы этот эпизод тоже стал уроком. По ходу карьеры он не раз признавался, что в молодости мог сказать лишнее, быть слишком эмоциональным и прямолинейным. Со временем он превратился в одного из самых результативных и узнаваемых российских форвардов, а его образ тоже изменился: от дерзкого юноши до опытного игрока, который сам стал объектом критики и научился к ней относиться спокойнее.
Ситуация вокруг Эмери и Дзюбы показывает, как хрупки бывают отношения между тренером и футболистом и насколько важно умение смотреть дальше одного конфликтного высказывания. Наставник отвечает за результат всей команды и может принимать непопулярные решения, а игрок зачастую оценивает всё через призму собственной роли и количества игрового времени. Отсюда и напряжённость, и эмоциональные всплески. Но высший уровень профессионализма проявляется именно в том, сумеют ли стороны спустя время выйти за рамки обид.
Особый интерес вызывает и то, как подобные истории воспринимаются в разных странах. В России фраза Дзюбы долго обсуждалась, становилась поводом для шуток и споров о том, насколько допустима подобная резкость в адрес тренера. В Испании же к этому эпизоду относились скорее как к curious case — необычной истории из непростой части карьеры Эмери, не более. Для испанца решающим критерием всё равно оставалось то, чего он добился после — трофеи, стабильность, умение адаптироваться к разным клубам и чемпионатам.
Формулировка Эмери о том, что Дзюба был «очень хорошим человеком», обращает внимание на нюанс, который часто забывают, обсуждая конфликтные ситуации в спорте. Публичная реплика — это моментный срез эмоций, а не полный портрет личности. Тренер, работавший с игроком ежедневно, оценивает его не только по одному яркому высказыванию, но и по тому, как он проявлял себя в раздевалке, на тренировках, в быту. Отсюда и достаточно тёплая характеристика, несмотря на прошлое.
Для молодых футболистов эта история вполне может служить наглядным пособием. С одной стороны, она показывает, как далеко могут зайти необдуманные слова — один эпизод способен закрепиться за игроком на годы. С другой — демонстрирует, что окончательную точку ставят не громкие цитаты, а реальные достижения на поле и профессиональное отношение к делу. И тренер, и игрок, пройдя через свои ошибки, сумели построить сильные карьеры, каждая в своём масштабе.
Не менее важно, что подобные эпизоды со временем помогают и самим тренерам по‑другому выстраивать коммуникацию. Опыт работы в другом культурном и языковом окружении, как это было у Эмери в России, оставляет след: специалист лучше понимает, насколько по‑разному могут восприниматься его требования и методы. Это знание потом полезно и в Англии, и во Франции, и в Испании — везде, где в раздевалке собираются игроки с разным характером и менталитетом.
В итоге история с «тренеришкой» перестала быть конфликтом, а превратилась в иллюстрацию того, как в большом футболе пересекаются судьбы, эмоции и амбиции. В ней есть всё: тяжёлое поражение, резкие слова, увольнение, последующий триумф тренера в Европе и признание им достоинств игрока, который когда‑то публично его оскорбил. И, пожалуй, главное в этой истории — не сама фраза Дзюбы, а то, что спустя годы ни она, ни тот конфликт не определяют ни личность Эмери, ни карьеру российского форварда.